Глава 29. Скорпионы меня удивляют. Они взлетают в ночное небо, оставляя Велиала один на один с узниками

Скорпионы меня удивляют. Они взлетают в ночное небо, оставляя Велиала один на один с узниками. Он сам опускает решетку и запирает контейнер. Велиал никуда не спешит, он дразнит испуганных пленников и ему это очень нравится. Покончив с замками, он вешает ключи на один из зажжённых поблизости фонарей.

Расстояния между прутьями позволяют просунуть руку или ногу, но даже ребенок не сможет покинуть клетку. Узники «со стажем» ведут себя тихо, а новички порядочно шумят – они плачут и задают вопросы:

- Что происходит?

- Что с нами будет?

Прихрамывая, Велиал подходит к приборной панели и гасит свет на платформе. Кажется, колено беспокоит его сильнее, чем прежде. Как бы там ни было, освещенным остается только контейнер с пленными. Фонарь достаточно ярок, но мы остается в тени, что не может не радовать.

Всеобщего страха и массовой истерии Велиалу становится мало, он подходит к решетке и начинает ее трясти. Мощные удалы ладонями по металлу рождают оглушительный лязг.

Пленники дрожат, их всхлипы становятся громче. На меня волна за волной набегают ужас и безнадега. Лицо Велиала прижимается к прутьям, он шипит и рычит на людей, те в страхе сбиваются в кучу у дальней стены. Он хватается за края контейнера и начинает его раскачивать.

Нервы сдают даже у тех, кто попал в западню первым.

Какого черта творит Велиал?

Мне доводилось видеть его разъяренным, в такие моменты он просто слетает с катушек. На этот раз всё иначе. В его действиях нет азарта. Велиал откровенно скучает, то и дело бросая взгляды на небо. Он начинает злиться.

Быть может, за ним наблюдают? Это часть скорпионьего тренинга? Наверное, монстры попросту где-то укрылись, а сами следят за тем, как себя поведет Велиал. Вот только, какой в этом смысл?

Я тоже смотрю наверх, вглядываясь в темноту, изучая глазами крыши полуразрушенных зданий. Становится не по себе, но кроме света, которым залит контейнер, я ничего не вижу. Фонари, словно огни маяка посреди океана руин и ночной пустоты.

Да в чем же дело…

И тут на фоне темного неба вырисовывается еще более темный силуэт.

Устрашающие демонические крылья.

Широкие плечи.

Фигура древнегреческого бога.

Раффи.

Каждый нерв моего тела начинает пульсировать, а разум кричит:

«Ловушка, ловушка, ловушка!».

Вот зачем Велиалу весь этот шум! Он должен был привлечь внимание и скрыть звуки, издаваемые скорпионами. Их не видно. Но они где-то здесь. Прячутся и выжидают.

Недолго думая, я поддаюсь порыву, вскочив на ноги. Я раскрываю рот, чтобы окликнуть Раффи, чтобы его спасти. Но чьи-то руки, словно тиски, сжимают мое предплечье, и я начинаю падать. Мамина ладонь зажимает мне рот, в глазах ее плещется страх, и она полагает, я выжила из ума.



В следующий момент мой разум синхронизируется с телом. Она права. Конечно, права. Насколько же плохи дела, если клинически больная мать проявляет больше благоразумия, нежели я?! Мне удается кивнуть в знак подтверждения собственной адекватности. Она убирает руки, и я снова разворачиваюсь к пирсу.

Раффи приземляется, не говоря ни слова. Он не спешит убирать свои крылья, косы на их концах обнажены, обратившись вовне. Похоже, их можно прятать и извлекать по желанию. Для меня это новость.

Я в панике перебираю варианты. Вот как мне сейчас поступить? Закричу и проблем не оберешься. Раффи считает, что я умерла. «Поберегись» из уст девочки-зомби может его шокировать, и хорошего в этом мало.

При виде Раффи и его демонических крыльев пленники истошно вопят. Вот так ирония – плохой парень в образе ангела пугал их куда меньше, нежели хороший под видом гостя из преисподней.

Лицо Велиала кривится в деланном изумлении.

- За что мне это?! Здесь Рафаил! Ах, как же я смогу защититься от падшего Гнева Божьего, от тени того, кем он был? – Он прекращает ломать комедию. – Серьезно, Рафаил! Печальнее развалин, одержимых попытками возродить былую славу, и нет ничего. Хоть капля гордости в тебе осталась? Прекращай унижаться.

- Не вырвать ли мне твои конечности, прежде чем отрезать крылья? Или ты предпочтешь обратную последовательность? – В голосе Раффи звучит откровенная жестокость, я прежде не слышала, чтобы он говорил в таком тоне. Похоже, ему жаль, что нельзя претворить в жизнь сразу оба предложенных варианта.

- Ну что за навязчивая идея о возвращении, Раффи? В чем прелесть службы в ангельских войсках? Слишком. Много. Правил. Я уж и позабыл насколько. Чего и тебе желаю.

Велиал тянет время, он специально забалтывает Раффи, в ожидании скорпионьего подкрепления. Я опять порываюсь выкрикнуть предупреждение, но все что мне доступно – молчание.

- Страшная кара за малейшее нарушение или господствующей расе воинов конец?! – Велиал взмахивает рукой, словно говоря «ну что за ересь». – Давным-давно, когда правил было немного, с этим можно было смириться, но сейчас это все ни в какие ворота не лезет, ты так не считаешь? Поглядите на нас, Падших, на собственном примере доказавших, что воинственная верхушка способна существовать в рамках противоположной системы. Никаких правил. Делай все, что желаешь. И с кем пожелаешь.



Раффи приближается к Велиалу, тени от резкого света подчеркивают черты его лица. Он похож на Ангела Смерти. Или, может быть, Ангела Мщения. На кого-то, кому я не в силах дать характеристику.

- Ты избежал бы стольких проблем, если бы не артачился и просто примкнул к нам, - продолжает Велиал. – Та дочь человеческая, что умерла на твоих руках, она могла быть твоей. Никто бы не стал возражать. Никто бы не посмел ее у тебя отнять.

Яростно зарычав, Раффи делает выпад.


5830805255627986.html
5830846555020225.html
    PR.RU™